4 NON BLONDES


4 NON BLONDESВряд ли найдется человек, который хотя бы раз не видел клип группы из Сан-Франциско 4 Non Blondes "What’s Up!". Их альбом "Bigger, Better, Faster, More" ("Больше, лучше, быстрее, еще") заставил критиков отправиться на поиски аналогий в 70-е или даже в 60-е годы. В песнях "Train", "Superfly" или "Pleasantly Blue" можно найти идеи, использованные еще Сюзи Куатро, Джимми Хендриксом, Steppenwolf или Jefferson Airplane. Уловить общее настроение нелегко, и это немного снижает музыкальные достоинства альбома. Но зато чувственности и энергии (благодаря солистке) — сколько угодно!

Итак, 4 Non Blondes это: Linda Perry (вокал), Christa Hillhouse (бас), Dawn Richardson (барабаны) и Roger Rocha (гитара). Участники группы знакомы с 1989 года. 6 лет назад Линда попала в Сан-Франциско, где познакомилась с Кристой. Музыке Криста училась у своего отца, гитариста и барабанщика, на родине в Оклахоме. Ее приезд во Фриско связан с тем, что любовь к року в конце концов заставила ее бросить школу и семью. Барабанщица с говорящим именем Дон (в переводе рассвет) до 4NB бесплодно стучала в дюжине разных групп, пока 2 года назад не встретила в одном из клубов Линду и Кристу. Роджер, единственный в группе уроженец Сан-Франциско, до начала этого года вместе с братом-барабанщиком вдохновенно работал в Лос-Анджелосе, где они написали более ста никому не нужных песен. Грег Роча погиб в автокатастрофе, и потрясенный Роджер уехал в родной Фриско. Здесь он попал прямо в руки трем "не-блондинкам". Рассказывает Дон: "Мы как-то сидели в парке на скамейке, и мимо шло этакое милое семейство, все трое — блондины. Сынуля потянулся к пицце, которая лежала в оставленной кем-то корзиночке. Ее мог взять любой и бесплатно. Мамочка ему и говорит: "Оставь ее! Кто знает, сколько птиц на нее сегодня гадили, сколько людей трогали ее руками!" И при этом она так презрительно смотрит на наши всклокоченные головы. После этого мы и решили — будем "не-блондинками" Манера членов группы одеваться порой напоминает паранойю. Линда Перри не приемлет классическую моду чистеньких женщин: "На концертах я выгляжу так же, как и в жизни", — говорит она. Криста добавляет: "Мне кажется, что людей прежде всего интересует наша музыка, а не то, как мы выглядим. Вряд ли им втащилось бы, если бы мы пели в строгих костюмах". "Если у меня где-то что-то отваливается или рвется, я намеренно ничего не исправляю", — говорит Дон Ричардсон, — "Это наш протест против групп, для которых поза и состояние прически важнее музыки".

Линда, правда ли, что ты уже год не моешь голову?
     — Я перестала мыть волосы для того, чтобы они наконец превратились в настоящие негритянские косички и их можно было бы заплести.
А что думает по этому поводу твой друг?
    — Такового не имеется. Это для меня — последнее дело в жизни. Я замужем за своей работой и своей группой. И потом, внешность моя намеренно непривлекательна, отсюда и все эти лохмотья и другие при-бамбасы — кольцо в носу татуировки.
Правда ли, что в твоих жилах течет бразильская кровь?
    — Моя мать действительно родилась в Бразилии, но я выросла в Спрингфилде (Массачусетс). Школа меня невыносимо раздражала, я бросила ее в 13 лет и год спустя ушла из дома.
Как в твоей жизни обстояло дело с наркотиками?
    — Когда я ушла из дому, мне приходилось жить, где придется. Случалось принимать и ЛСД. Как-то под кайфом я врезалась в стену и сломала ногу. Потом были 5 месяцев в больнице, после которых я отвыкла от наркотиков и решила уехать из Спрингфилда. Как раз в это время я стала петь.
Говорят, еще 5 месяцев ты отсидела в тюрьме?
    — Да, но только немного меньше — всего 10 дней, за то, что не смогла заплатить штраф. Мне тогда было всего 18.
В песне "Dear Mr. President" вы обращаетесь к президенту США… — Песня была написана, когда Д. Буш еще был президентом. Мы всегда были против его антисоциальной политики. На Б. Клинтона мы тоже не возлагаем больших надежд, но он достоин уважения, это первый "рок-н-ролльный" президент. Человек он новый, надо дать ему шанс...





© Слепой цвет 2015