Вместо автобуса, который мы почему-то ожидали увидеть, подкатила старая газель. Она живо начала заполняться многочисленными сумками и пассажирами, и мы со своими рюкзаками туда еле втиснулись. Впрочем все люди были настроены очень благодушно и не было той давящей атмосферы, которая пронизывает забитые битком емкости московского транспорта. Час проведенный в утреннем столичном метро, будет неизмеримо тяжелее, изнурительнее, чем семь часов в маршрутке Чита - Кыра. Кроме того, мы еле успевали смотреть по сторонам. Через несколько часов езды густые леса сменились невысокими березовыми рощами, полями и горными хребтами. Мы приближались к Монголии. Редкие поселки состояли сплошь из одноэтажных деревянных домов. Признаки механического транспорта отсутствовали. Да и по дороге ни встречных ни попутных машин уже почти не было. Названия у поселков звучали весьма поэтично – Хапчеранга, Мордой, Гавань, Любовь.
      На одном из перекрестков мы остановились; водитель почему-то всех высадил, а сам поехал заправляться к еле виднеющейся бензоколонке. Ромыч запрыгал с фотоаппаратом вокруг мотоцикла, стоящего поблизости, а я стал прислушиваться к речи его владельца - узкоглазого мужика, который стоял на другой стороне дороги и что-то говорил женщине подле него.

       - Вон те синие горы – это уже Монголия – махнул он вдаль рукой.

      Горы выглядели так, словно являлись оправданием всей нашей поездки в Сибирь, всей жизни до этой поездки и туманного будущего после. Я показал горы Ромычу. Он понимающе кивнул. Вскоре подкатила маршрутка, и мы меньше чем через час оказались в Кыре.

Кыра

      Данный населенный пункт являет собой село, основанное казаками в 1723 году. Застройка преимущественно деревянная. Население около четырех с половиной тысяч человек.
      Мы сразу направились в избу автовокзала дабы ознакомиться с расписанием автотранспорта. Дело в том, что Сохондинский заповедник находился в семидесяти километрах на запад от Кыры, и нам нужно было выяснить, какой транспорт ходит в эту сторону. Данные были неутешительны – автобус ожидался только через день. Тогда мы направились в двухэтажное здание управления Сохондинским заповедником, которое я заметил еще из маршрутки. Там камуфляжный человек сказал нам, что мы пришли куда надо, но в заповедник попасть не сможем, так как нужно разрешение, а все начальство на полевых работах и прибудет только через неделю. Использовать автостоп и взяточничество для самовольного проникновения в заповедник нам не позволили наши скромные предрассудки и мы, несолоно хлебавши, побрели искать ночлег на берегу речки Кыра. Надо сказать, что после посещения бюрократического управления у меня созрел альтернативный план нашего путешествия. Ромычу, заподозрившему неладное, я обещал изложить его у костра.
      Найдя подходящую рощу, мы возвели палатку, помылись и постирались в бурлящей речушке и занялись ужином. Самое время обсудить наши дальнейшие передвижения. Синие монгольские горы, увиденные мною на перекрестке по дороге в Кыру, не выходили у меня из головы, и я предложил Ромычу двинуться по направлению к границе с Монголией. Атлас говорил, что до нее не более десяти-пятнадцати километров – только переправиться через Кыру и перевалить через один горный хребет. За пять дней можно обернуться, и тогда останется три дня на Читу. Ромыча из моего проекта устраивали только три дня в Чите, но никак не покорение Монголии. При таком раскладе он попытается пристроиться в Кыре и подождать меня.



1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, дальше >> 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20





© Слепой цвет 2015